List Jakuba Salomona i Ernestyny Hirszowicz oraz Siergieja i Berty Hirszowicz do Anatola Konica z 6.09.1940 r. – rękopis w formie bifolium złożonego z dwóch kartek w linie, napisany po rosyjsku. List rozpoczyna się od słów: „Мой дорогой и любимый Толюшка!” (tłum. Mój drogi i ukochany Toljuszka!).
Na pierwszej stronie bifolium w lewym górnym rogu zapisano miejsce i datę powstania listu: „Крейцбург 6 го сентября 1940 года” (tłum. Kreutzburg 6-go września 1940 roku; dzisiaj Jekabpils na Łotwie). Poniżej mieści się list dziadka, Jakuba Salomona Hirszowicza, do wnuka, Anatola Konica. Na stronie drugiej i w górnej części trzeciej strony znajduje się list od ciotki, Berty Hirszowicz, niżej, na trzeciej stronie – list babci, Ernestyny Hirszowicz, a na stronie czwartej – list wuja Siergieja do dziecka.
Anatol Konic przebywał w tym czasie w domu dziecka przy ul. Maksyma Gorkiego 66 w Łukojanowie (Gorkowska obł., ZSRR). Jego ojciec, Eugeniusz Konic, został aresztowany w 1937 r. i skazany na śmierć przez rozstrzelanie, a matka, Maria Konic z d. Hirszowicz, jako członek rodziny wroga ludu również została aresztowana i skazana na pobyt w łagrze Temłag (obóz pracy poprawczej ITL Temnikowski) w ZSRR. Ich kilkuletni syn Anatol trafił do sierocińca, skąd pisał listy.
Pełna treść listu:
"Крейцбург 6го Сентября 1940 года
Мой дорогой и любимый Толюшка, от твоего дедушки отца мамы
Получили письмо от мамы с поздравлением к нашему присоединению к С.С.С.Р. и очень и очень рады этому имеем теперь возможности надеяться на скорое свидание с тобою ты мой дорогой мальчик еще никогда не видел твоего дедушки и бабушки и также моих других внуков Норочки и Сашеньки то отвечай мне немедленно письмом желаешь ли ты повидаться с нами и приехать к нам, мы все тебя любим крепко крепко и целуем тебя очень крепко и только думаем и уже радуемся что скоро будем вместе, целую тебя еще раз будь здоров и отвечай скорее. Мой адрес Л.С.С.Р. Крейцбург Рижская улица №111 С. Гиршовиц. [2s.] Дорогой Толик! Кк [właśc. как] твое здоровье? Получили известия, что ты хорошо учишься и тобою твои воспитатели довольны. Надеемся и верим, что ты и впредь будешь хорошо заниматься. Очень хотелось бы на тебя поглядеть и тебя крепко поцеловать. Дедушка и бабушка как будто, помолодели от одной мысли, что наконец увидят своего любимого внука. Очень прошу тебя, себя заставить нам написать о своем житве, збитве [właśc. сбитве]. Норочке уже через три дня минет 5 лет. Она часто тебя вспоминает и гордится, что у нее уже есть такой взрослый братик, кк [właśc. как] ты. Сашеньке всего 3 ½ годика. Играются вместе, а иногда и сорятся. Передай наш сердечный привет и нашу признательность, за внимание и теплое отношение к [3s.] тебе, твоей любимой воспитательнице Людмиле Ивановне Мартыновой.
Пиши Толик! Своим письмом, ты нам доставляешь, много радости.
Крепко тебя целую, твоя тетя Берта.
Здравствуй мой любимый дорогой внучек Толюшка! Поздравь дорогой мой наш с великим праздником. Как мы все счастливы что наконец мы живем в одной стране. И скоро скоро дорогой ты к нам приедешь и мы сумеем с тобой повидатся и тебя крепко крепко поцеловать тебя, мой дорогой, мы очень хотим тебе что либо послать но пока это не возможно [właśc. невозможно]. Но надеемся что в скором времени это уладится. Очень и очень рады за тебя что ты хорошо учишься. Передай мой сердечный привет Людмиле Ивановне Мартыновой. Пиши нам Толюшка!
Целую тебя крепко крепко твоя бабушка. [4s.]
Дорогой Толик!
Пишет твой дядя, брат твоей мамы и зовут меня Сережей. Очень просим тебя написать нам письмо о твоих делах. При первой возможности ты приедешь к нам жить. Конечно надо будет подождать немного. Мы еще молодые граждане великого советского союза [właśc. Советского Союза], но скоро мы догоним, наших старших братьев. Еще раз просим тебя, написать нам письмо. Целую тебя, твой дядя Сережа". | Oprac. Monika Harchut, transkrypcja listu: Janina Dawydenko
