List ojca Jakuba Hirszowicza do córki Marii Konic z 1941 r. – rękopis na jednej stronie kartki w kratkę, napisany po rosyjsku. W dolnej części pierwszej strony została odciśnięta heksagonalna pieczątka z podwójną ramką w kolorze fioletowym i cyfrą dwa w jej środku (tylko częściowo widoczna). List rozpoczyna się od słów: „Моя дорогая и очень любимая доченька Маша! Мне так жаль что до сегодня еще не получил твою доверенность [...]” (tłum. Moja droga i bardzo kochana córeczko Maszo! Bardzo mi przykro, że do dzisiaj nie otrzymałem jeszcze twojego pełnomocnictwa [...]).
Maria Konic przebywała wtedy w łagrze. W 1937 r. jej mąż, Eugeniusz Konic, został aresztowany i skazany na śmierć przez rozstrzelanie. Maria Konic jako członek rodziny wroga ludu również została aresztowana i skazana na pobyt w łagrze Temłag (obóz pracy poprawczej ITL Temnikowski) w ZSRR. Ich kilkuletni syn Anatol trafił do sierocińca. Rodzina Hirszowiczów czyniła starania o wydostanie Anatola Konica z domu dziecka i zabranie go do siebie.
Pełna treść listu:
"Моя дорогая и очень любимая доченька Маша!
Мне так жаль что до сегодня еще не получил твою доверенность и я жду с большим нетерпением день за день [właśc. день за днем] ибо не могу дождаться когда приедет мой дорогой и крепко любимый мальчик Толик, так же получили его письмо. Я стал больше скучать по нему чем раньше, также детки Норочка и Сашенька каждый день спрашивают, можно уже ехать на станцию встречать Толика. Но так проходит день за день [właśc. день за днем] и мы стоим на месте. Сережа писал няне и еще воспитательнице Толика, но ответа еще не от кого не получено, но я уверен что на днях обязательно получим от кого-нибудь письмо и тогда будем знать, может быть что Толик уже в Москве у матери твоей знакомой тогда его сюда получить совсем легко, ему не требуется пропуск потому что до 14 лет он не нужен, на днях выяснится, прошлую неделю я писал тебе моя дорогая Машенька и Толику, а сейчас пишу тебе также няни. Берта имеет брата в Москве старший инженер химии и она ему писала чтобы он выслал немного денег няни для Толика, вот и все что я могу тебе сегодня писать про нас. Мы живем, здоровы. Жду ответа от тебя, будь моя дорогая доченька здорова, надейся на лучшее. Целую тебя крепко крепко твой папа". | Oprac. Monika Harchut, transkrypcja listu: Janina Dawydenko
