List Ernestyny Hirszowicz do Marii Konic ze stycznia 1941 r. – rękopis w formie bifolium złożonego z dwóch kartek w linie, napisany po rosyjsku, z paginacją od 2 do 4, zapisaną przy górnej krawędzi. List rozpoczyna się od słów: „Дорогая моя дочурка! Поздравляю тебя твой сынок уже у нас” (tłum. Droga moja córeńko! Gratuluję tobie, twój synek już jest u nas).
Maria Konic przebywała wtedy w łagrze. W 1937 r. jej mąż, Eugeniusz Konic, został aresztowany i skazany na śmierć przez rozstrzelanie. Maria Konic jako członek rodziny wroga ludu również została aresztowana i skazana na pobyt w łagrze Temłag (obóz pracy poprawczej ITL Temnikowski) w ZSRR. Ich kilkuletni syn Anatol trafił do sierocińca. Rodzina Hirszowiczów czyniła starania o wydostanie Anatola Konica z domu dziecka i zabranie go do siebie. Z listu wiadomo, że udało się zabrać dziecko do rodziny.
Pełna treść listu:
"Дорогая моя дочурка!
Поздравляю тебя твой сынок уже у нас. Какое было волнение когда он приехал. Наташенька послала телеграму [właśc. телеграмму] но мы ею [właśc. ее] слишком поздно получили тоесть опоздали поехать его встретить но я была поражена, когда увидела моего внука. На мой вопрос как он доехал он ответил никогда еще так хорошо не ездил! Как взрослы [właśc. взрослый] был его ответ. Дорогая моя то что ты писашь [właśc. пишешь], то мы на нем не замечаем, он такой веселы [właśc. веселый], ходит уже в школу 2ой день. Он живет у Сергея там ведь веселее. Пришел вчера сейчас [właśc. сейчас же] обнял своего дедушку сел у него на колени [właśc. коленях]. Если бы ты Машенька это увидела сколько удовольствия ты бы имела. Вообще для таких детей перемена жизнь [właśc. жизни] очень полезна и сразу действоет [właśc. действенна]. Показали его врачу [2s.] врач нашел, что у него легкие здоровые и вообще здоровы [właśc. здоровый] мальчик, только немного малокровны [właśc. малокровен]. Но ничего он уже здесь поправится. Масло [właśc. масла] он много получает. Сначала когда Берточка ему показала его одежды что она для него приготовила, то он сказал я это не одену, а сейчас он с удовольствием одевает и улыбается. Повезли его к зубному врачу, удалили 2 зубка, но он так был терпелив и зубной врач был от него в восторге, хотел ему подарить книгу, но он не взял. Я его очень и очень полюбила моего дорого мальчика и зову его куколка [?], Теперь моя дорогая ты должна поправится [właśc. поправиться] и пополнеть. Сегодня получили от Наташеньки письмо, она простудилась когда ездила за Толюшку [właśc. Толюшкой] но теперь уже хорошо. Но меня [właśc. мне] очень и очень [3s.] больно, что ты моя дорогая похудела как Наташенька нам писала. Крепись моя золотая и все будет хорошо. Толюшка сегодня не писал он говорит что завтра напишет. Осю и Шурочку ждем каждый день. От Мили последние время письма не было. Дорогая моя дочурка ты спрашиваешь на каких средст [właśc. какие средства] я живу как я тебе уже писала, я варю кушать для моих соседов [сынов?] и из этого я и папа довольно хорошо живем. Квартирка у меня одна большая комната и одна маленькая и большая кухня особняк есть и огород. Знаешь Машенька что было с твоим сыном начал со мной играть, он меня не выпустил из комнаты запер на ключ и говорит что я его пленница. Я говорю Толинка [właśc. Толенька] ведь я уже старенькая он говорит нет ведь и мама твоя старая, тогда твой защитник, нет моя мама молодая ей всего 32 года. [4s.] Вообще очень и очень умно. Вчера вечером у Сергея начали говорить про [właśc. о] языках. Что тот владеет такие то и такие языки. Вдруг Толюш моя мама владеет английский [właśc. английским], французскии [właśc. французским] яз. [skrót słowa: языками] и немецкий [właśc. немецким]. Как видишь Машенька у тебя хороши [właśc. хороший] защитник. Он любовь показывает только на деле. Однажды он пришел днем и я лежала на диване, у меня голова болела, он говорит сядьте около печки тогда пройдут боли. На ты перейти ему еще тяжело, по старой привычке всех называет на Вы. Сегодня посылаем еще денег Наташеньки теперь уже сможем послать по почте деньги. Машенька моя дорогая меня очень волнует твое здоровье напиши как твоя щетовидная железа? Ты не должна худеть. Ну желаю тебе моя дорогая всего найлучшего здоровья и бодрости. Сердечный привет и горячий поцелуй моей младшей дочери Татьяны. Целую тебя крепко твоя мама". | Oprac. Monika Harchut, transkrypcja listu: Janina Dawydenko
