List Anatola Konica i Ernestyny Hirszowicz do Marii Konic z 23.01.1941 r. – rękopis na kartce w linie, napisany po rosyjsku. W lewym górnym rogu została zapisana data powstania listu. Na pierwszej i połowie drugiej strony znajduje się list Anatola Konica do matki Marii Konic, rozpoczynający się od słów: „Здравствуй дорогая мама. Как доехал я до Москвы я тебе уже написал” (tłum. Dzień dobry droga mamo. Jak tylko dojechałem do Moskwy, napisałem do Ciebie), napisany starannie pismem kaligraficznym; zawiera poprawki. Na pierwszej stronie w górnej części karty została odciśnięta heksagonalna pieczątka z podwójną ramką w kolorze fioletowym i cyfrą siedem w jej środku. Na drugiej stronie w połowie karty rozpoczyna się list matki Ernestyny Hirszowicz do córki Marii Konic.
Maria Konic przebywała wtedy w łagrze. W 1937 r. jej mąż, Eugeniusz Konic, został aresztowany i skazany na śmierć przez rozstrzelanie. Maria Konic jako członek rodziny wroga ludu również została aresztowana i skazana na pobyt w łagrze Temłag (obóz pracy poprawczej ITL Temnikowski) w ZSRR. Ich kilkuletni syn Anatol trafił do sierocińca. Rodzina Hirszowiczów i była niania dziecka Natalia Zacharowa starali się o wydostanie Anatola Konica z domu dziecka i zabranie go do Hirszowiczów, co się powiodło. W styczniu 1941 r. Anatol Konic przebywał w Moskwie u gospodarzy niani Natalii Zacharowej, Parfenowych, aby się leczyć. Następnie pojechał do Krustpils.
Pełna treść listu:
"1 стр.
23/I-1941 г.
Здравствуй дорогая мама. Как доехал я до Москвы я тебе уже написал. Сейчас я напишу тебе как доехал до Круспильса [właśc. Крустпильса] и что я тут делал когда приехал. Приехал я в Москву 27/ХII 1940 г. Няня почти все время была занята и все время работала, и ей было некогда походить со мной по Москве. Дома сидеть мне было скучно и я почти три дня не высовывал носа из дома. Один раз (это меня толкнул Саша) няня отвела меня к Елене Ивановне. Там у нее было много книг и я так зачитался книгами что и тут не выходил на улицу. У Елены Ивановне [właśc. Ивановны] я прожил два дня. Потом няня пошла на Белорусский вокзал она хотела взять там билеты но билеты было трудно взять и она их не взяла. И так она она ходила несколько раз и все не могла их получить. Но вот как раз в день рождения она достала билет. Но еще перед этим мы переписывались фразами телеграммами с дядей Сережей. Он нам написал что бы мы взяли билет до Круспильса [właśc. Крустпильса] и меня передали проводнику вагона. И еще они писали что бы мы телеграфировали им какой номер поезда и номер вагона что бы они знали какой поезд встречать и к какому вагону подойти что бы меня встретить. Так я ехал один с проводником. Но дядя Сережа писал что бы мы взяли былет до Крустпильса, но кассирша дала нам билет до одной пограничной станции Индры. Няня дала мне на дорогу 30 руб. И когда мы приехали в Индру я вылез из вагона и думал что меня кто-нибудь встретит, но меня никто не встречал. Я стоял, стоял (а поезд в Индре стоит полтора часа) и уже собирался лездь обратно, как вдруг подбегает какой-то дяденька
[2s.]
2 стр.
подбегает и дает мне телеграмму. Оказывается что дядя Сережа получил телеграмму слишком поздно. Которую послала няня перед тем когда как я уезжал, и в которой няня написала что я выехал и написала номер поезда и вагона. Он побежал на вокзал, а до отхода поезда оставалось 4 мин., а вокзал у нас далеко. Когда он прибежал на вокзал то поезд уже ушол [właśc. ушел]. Он хотел скорее сесть на поезд и поехать в Индру что бы меня там встретить. Но он опоздал на одну минуту, и поезд уже ушол [właśc. ушел]. Тогда они послали телеграмму начальнику станции Индры и еще деньги. В Индре проводник купил мне на эти деньги билет до Крустпильса. Всю дорогу я ехал в мягком спальном вагоне. Когда приехал я в Крустпильс то еще не остановился поезд как ко мне подбежал дядя Сережа. На вокзале меня ждал дедушка и мы пошли домой. Норочка и Сашенька относятся хорошо со мной. Теперь я хожу уже в школу. Эта школа находится в г. Якобштате [właśc. Якобштадте]. Школа эта русская. Но учебников русских тут нет.
Досвидание [właśc. до свидания]. Толя.
Лист кончился. Толя не дает
писать на другом листе о [właśc. и] говорит:
конверт маленький.
Дорогая моя Машенька! Получили на днях твое письмо от 3/I где ты еще не знала где Толюшка. Толюша живет теперь у меня. Толя лучше во всех отношениях он наш послушний [właśc. послушный] и добры [właśc. добрый] мальчик, учебников [właśc. учебники] он получит 30го приезжает наша знакомая из Москвы. Ты напрасно моя дорогая опасалась чтобы Толику тепло. Наташа даже свою последнюю пару шерстяных чулков отдала ему отдеть [właśc. одеть] я ей уже возвратила обратно. Ну что ты скажешь на твоего сынишка расписался [właśc. расписал] ответ на твое письмо от 3ого на все вопросы. Папа вчера опять уехал в Ригу к глазному врачу опять контролировать. Когда папа оделся получше как здесь та его старший внук посмотрел с его улыбкой. Ах как хорошо оделись. Привет от всех целую тебя твоя мама". | Oprac. Monika Harchut, transkrypcja listu: Janina Dawydenko
